Рецензия: АНДРЕЙ МАКАРЕВИЧ и ОРКЕСТР КРЕОЛЬСКОГО ТАНГО — СТАРАЯ МАШИНА
«Никитин». Релиз диска состоялся в сентябре.
Обложка недурна: одетый по-молодежному и, кажется, зауженный в «фотошопе» Андрей Макаревич позирует рядом с заржавевшим остовом бывшего автомобиля — лучшего решения образа «старой машины» и придумать нельзя. Однако на развороте буклета артист сфотографирован на фоне старинного лимузина, а на еще одном снимке респектабельный господин в шляпе и с перстнем держит микрофон так, что его можно принять за сигару. Это тоже Макаревич, и описанные буклетные метаморфозы имеют непосредственное отношение к записанной на диске музыке.
Итак, лидер «Машины времени» вместе с верным и виртуозным «Оркестром креольского танго» вновь играет в джаз. После перепетой в этом стиле дворово-интеллигентской лирики Марка Фрейдкина (задорно) и бардовской классики Булата Окуджавы (спорно) очередь дошла и до собственной группы. «Старая машина» — кавер-версии произведений «Машины времени», но не «бест», поскольку Макаревич отобрал для пластинки не те произведения, которые лучше всего известны, а те, в которые «изначально заложен джазовый свинг». «Сейчас, по прошествии многих лет, мне кажется, что в молодые годы композиторские способности „машинистов“ опережали исполнительские, и мы не всегда могли сыграть то, что сочинили, — рассказывает Андрей Вадимович. — Я начал с песен <…> типа „Старого корабля“ или „Эпохи большой нелюбви“. В те времена мы не могли сыграть этого». В итоге в альбом вошло несколько довольно редких песен, а из хитов «джазовый свинг» автор обнаружил в треках «Он был старше ее», «Музыка под снегом», «Время», «Имитация», «Путь» и «Старый корабль».
Слушатели, которые простодушно любили произведения «Машины времени» в оригинальном — и неумелом, по нынешнему мнению Андрея Макаревича, — рок-исполнении, будут премного удивлены, сколько звуковых виньеток можно в них вставить при умелом обращении. «Маленький город» начинается продолжительным фортепианным вступлением, а «Эпоха большой нелюбви» радует слаженными и оптимистичными партиями духовых. Фоном для «Он был старше ее» стало виртуозное соло на акустической гитаре. В «Имитации» появился женский джазовый бэк-вокал. В некогда тихую «Музыку под снегом» ворвались плачущие струнные. Ну и так далее. Узнать большинство песен можно только с большим трудом — исключение составляет разве что «Время» («Нам уготовано, мальчик мой…»), перепетую Андреем Вадимовичем близко к оригинальной версии, напоминая о той самой старой «Машине», которая вдохновила десятки отечественных рок-групп сочинять песни на родном языке. А когда вспоминаешь ту самую «Машину», уже не так обращаешь внимание на позднейшие звуковые украшения… А если обращаешь, то скорее с досадой. Особенное недоумение вызывает стремление самого Макаревича как-то соответствовать новой приджазованной сущности песен «Машины времени», аранжированных «Оркестром креольского танго». Поскольку джазового вокала Андрей Вадимович предложить не может, он выходит из положения при помощи «респектабилизации» собственного пения — сравнение микрофона с сигарой оказалось не случайным. Мудрые паузы, шансонные интонации, толика брюзжания — эта манера словно специально придумана для камерных клубов, в которых новой «Старой машине» должны внимать дамы в вечерних платьях и серьезные господа, приехавшие на больших черных автомобилях. Над тем, много ли в Москве таких заведений, мы здесь размышлять не станем. В конце концов, следует уважать желания мэтра, нашедшего способ осуществить свою юношескую мечту о джазе. Тем более что его опыты с «ОКТ» не отменяют рок-н-ролльного существования «Машины времени».
Алексей Мажаев, InterMedia [По данным www.rol.ru]
Исполнители
Для пьяной компании
Алексин